Неделя: даты, события, люди. Саладин Жилетежев

Саладин ЖИЛЕТЕЖЕВ, сценарист, писатель, поэт, переводчик, журналист; доцент кафедры режиссуры СКГИИ. Награжден знаком «Отличник телевидения и радио», Почетной грамотой президента КБР. Автор 15 книг стихов и прозы. Автор сценариев мультфильмов по мотивам нартского эпоса «Сын камня» (1982) и «Сын камня и великан» (1986). Постановка мультфильмов была осуществлена на студии «Союзмультфильм» в Москве (озвучивали актеры Пшизаби Мисостишхов, Куна Дышекова, Жанна Хамукова, Мухамед Черкесов).

Саладин Хамзетович Жилетежев родился 18 января 1940 года в селении Аргудан в семье колхозников. Хорошо учился в школе, очень любил читать. Желание писать, литературные способности проявились в мальчике рано – классе в пятом-шестом он стал сочинять стихи, начал вести дневник. «Конечно, это все было довольно примитивно, но писал я каждый день – хоть полстранички: что видел, чем занимался, кого встретил. Примерно тогда же с подачи бывшего директора школы Мухадина Кумехова, возглавившего районную газету «Красное знамя», стал писать заметки. Почти каждый номер выходил с моими публикациями, вокруг даже подсмеивались надо мной: ишь, писателем заделался!» Саладин участвовал в самодеятельности, жил активной общественной жизнью – был председателем ученического комитета, потом комсоргом школы – и мечтал снимать кино. Киномеханик, привозивший фильмы в сельский клуб, давал мальчишкам перематывать пленку и за это разрешал смотреть фильмы из будки, а иногда – даже крутить ручку проектора.

Поступить в вуз после школы было тогда нереально – при Хрущеве был введен обязательный двухлетний стаж работы. Саладина с его организаторскими способностями оставили в родном колхозе им. Ленина секретарем комсомольской организации. Как выяснилось позже, на его счет у колхоза вообще были свои планы. Точнее, у его знаменитого председателя – Героя Социалистического Труда, кавалера трех орденов Ленина Камболата Тарчокова. У сельских жителей в то время не было даже паспортов, так что без ведома сельских властей уехать куда-то было просто нереально. Отработав положенное, Саладин пришел за документами, чтобы поступать в университет. «Камбулат Кицуевич был очень властным, авторитарным человеком. Будь его воля, он бы вообще никого никуда не отпускал – по его мнению, из школы была только одна дорога – в колхоз. При том, что колхоз был миллионером и славился на всю страну, сами колхозники жили очень трудно и бедно. На мою просьбу председатель с недовольством сказал: «Куда ты торопишься? Мы сами пошлем тебя на учебу!» «Мы» означало «колхоз», а это в свою очередь означало, что учиться пошлют на агронома. Я ответил, что не хочу учиться на агронома, ему это очень не понравилось, в общем, ушел я без результата». Помог все тот же бывший директор школы – похлопотал за парня в паспортном столе, и тем же летом Жилетежев стал студентом историко-филологического факультета. 

После третьего курса Саладин перевелся на заочное отделение и вернулся в Аргудан: «Год отработал в одной школе, но хотел в свою родную. Директор сказал, что примет меня, если я возьму экспериментальный класс. Я согласился, даже не зная, что там за эксперимент. Оказалось, что это пятый класс, собранный из ребят, оставшихся на второй, третий и так далее год. Все разного возраста, один мальчик по годам уже должен был идти в десятый. Все, конечно, запущенные, знаний никаких. Помучился я с ними – не без этого, старался каждого чем-то заинтересовать, кое-как закончили 8 класс и выпустились. При этом – удивительно! – все выросли нормальными хорошими людьми, создали семьи, работали, хоть и не получили образования».

Ни диплом филфака, ни работа не отменили мечты о кино, и Саладин решил учиться дальше – на сценарном факультете ВГИКа. Нашел правила приема, выяснил, что сначала надо послать свои произведения на творческий конкурс. Послал одноактную пьесу, несколько рассказов и требуемый «очерк из жизни абитуриента», получил ответ: «Вы прошли творческий конкурс, можете сдавать документы». Мама Таужан отпускала его с большой неохотой, с надеждой, что он не поступит. Это и понятно: сестры Кубра и Хаужан уже жили своими семьями, и ей не хотелось остаться одной. «Я говорил: вот закончу институт, и заживем! Она отвечала, что не доживет до этого момента. К счастью, Всевышний дал ей долгую жизнь, после того как я вернулся домой, мы прожили вместе еще 27 лет».

Стандартные вступительные экзамены предваряли три творческих испытания: нужно было пройти собеседование, написать литературный этюд и рецензию на просмотренный тут же фильм. «Конкурс был больше ста человек на место – серьезно, без преувеличения; 5 из 15 мест отводилось иностранцам. После экзаменов – заключительное собеседование. В тот год курс набирал Алексей Яковлевич Каплер. Ему понравились мои произведения, посланные на конкурс, и мне это очень помогло. Я был одним из немногих, кто получил по 5 баллов на каждом собеседовании, да и экзамены сдал неплохо».

В 1969-м, находясь дома на каникулах, Саладин женился. Марита Альборова, молодой доктор, понравилась ему сразу – приятная, интересная, умная. Чтобы «ускорить процесс», он с друзьями умыкнул ее, разыграв целый спектакль с якобы собственным днем рождения в центре сюжета. 

По окончании ВГИКа Жилетежев несколько лет проработал в Орджоникидзе (Владикавказ) на Северо-Кавказской студии кинохроники – это оказался самый близкий к дому вариант распределения. С его участием в самых разных качествах – от автора сценарного плана или текста до продюсера (тогда это называлось «директор картины») – было снято 39 выпусков киножурнала «Северный Кавказ», а по его собственным сценариям – три документальных фильма. Саладин мотался между Орджоникидзе и Аргуданом. Первое время жил прямо на студии, где ему выделили комнатку, затем, в соответствии с действовавшим тогда законом (правда, не без вмешательства первого секретаря обкома партии Билара Кабалоева), ему как молодому специалисту дали квартиру. В 1976-м Саладин Хамзетович перевелся в Нальчик, на телевидение, и семья наконец воссоединилась.

Последние пять лет не были радостными для Саладина Хамзетовича – ушли из жизни Марита Исмаиловна, оба их сына – Мухамед и Нарт, муж старшей дочери Кариман; трагически погиб племянник – сын его покойной сестры Кубры Борис Жеруков. Не представляю, какой стойкостью должен обладать человек, чтобы пережить такие немыслимые утраты, сохраняя собранность, достоинство и человеколюбие. Имена любимых людей живы не только в памяти – книжка детских рассказов, изданная в 1987-м, названа им «Нарт и ныбжьэгъухэр» («Друзья Нарта»), а одну из недавних книг – исторический роман «Пащтыхь хужьым и лIыкIуэ» («Посол Белого Царя»; повествует об Александре Бековиче-Черкасском) Жилетежев посвятил памяти своей супруги: «Марите, разделившей со мной и радости, и горечь жизни».

Обе дочери Саладина Хамзетовича живут в Турции; Фатима преподает в Босфорском университете русский язык. Вместе с ним в Нальчике живут вдова младшего сына Светлана и внук Инал, который для дедушки – настоящий свет в окошке. 

Саладин Хамзетович проработал на телевидении КБР до 2004 года без малого 30 лет, затем еще два года – в министерстве культуры. Сейчас работает в СКГИИ – преподает сценарное мастерство и историю кино – отечественного и зарубежного. Сравнивая себя и своих ровесников в молодости с нынешними студентами, он находит плюсы и минусы там и там. Современная молодежь более «продвинута» и имеет практически неограниченные возможности для развития и образования; есть очень талантливые и целеустремленные ребята, готовые и способные много работать и добиваться своего. При этом его смущает «отсутствие стержня» в большинстве молодых людей: «Мне кажется, раньше люди надежнее были – и по отношению к родителям, и к детям, к работе, вообще к жизни. Сейчас, как мне кажется, у молодых людей культивируется эгоизм, замкнутость на своих собственных интересах. Конечно, мы жили более примитивно, но сами по себе были более прочными, крепкими людьми».

Саладин Хамзетович очень любит путешествовать. Побывал на Кипре, в Болгарии, Сирии, неоднократно в Турции, в Канаде, дважды – в США. Именно поездки в США, совершенные в начале 80-х, когда в СССР был глубокий застой, стали для него самыми памятными. Ездил по приглашению родственников по материнской линии, которых он разыскал. Таужан Асхадовна происходила из богатой и знатной семьи, ее брат с благословения отца сразу после революции покинул Россию вместе с группой других молодых людей (позже, в 30-х, Асхад был репрессирован). Их странствия были долгими и трудными. Однажды, поизносившиеся и растратившие все взятые с собой сбережения, они оказались в Испании. В одном из городов на стадионе застали бои быков. Был объявлен большой приз тому, кто сумеет, схватив быка за рога, повалить на землю. «Дядя мой, по воспоминаниям родственников, был настоящий пелуан – силач, великан, - рассказывает Саладин Хамзетович. – Однажды он одной рукой поднял взрослого мужчину за поясной ремень и подвесил его на плетне. Он решил принять участие в этой испанской забаве. Бегущего на него быка он схватил за рога и не просто повалил, но сломал ему шею. Полученные в качестве приза деньги очень пригодились ему и его друзьям». После долгих скитаний дядя обосновался в Сирии, потому что там жили другие адыги, покинувшие родину в ходе Кавказской войны. Женился, появились дети, он прочно встал на ноги, поскольку был предприимчив и бережлив. Но когда началась война с Израилем, они, спасая жизни, были вынуждены оставить свои дома, потеряли все, а вскоре перебрались в Америку. Как говорит Жилетежев, все его двоюродные братья и их дети понимают родной язык, хотя и не умеют говорить, все носят свою настоящую фамилию – Мэжаджэ.

Вот к этой своей родне и поехал Жилетежев. Увиденное в США его не просто впечатлило – поразило. «В СССР был такой лозунг: «Догоним и перегоним Америку», его нам просто вколотили в голову. Попав туда, я подумал: даже если мы будем бежать, а Америка остановится и будет нас ждать, мы и за сто лет ее не догоним! Такая была потрясающая разница в развитии. Тогда я впервые увидел пульт дистанционного управления – но откуда ж мне было знать, что это такое! Человек, достав какую-то коробочку, нажал кнопку – открылись ворота гаража. Загнал машину, нажал другую кнопку – включается какой-то механизм, на котором автомобиль разворачивается передом к выезду из гаража. С кнопки открывались двери в дом, включался свет, телевизор. Для меня это было тогда что-то сверхъестественное. 

По приезде домой на студии сотрудники собрались, попросили рассказать, что я видел в Америке. Я стал рассказывать, и меня один коллега, помню, высмеял: вот же тебя «развели»! Он решил, что такого в принципе быть не может, просто специально для меня, советского человека, американцы устроили какие-то технические фокусы».

Марина Карданова.

Газета «Советская молодежь» от 21.01.2015 года